Заявление Путина о переговорах: Расшифровка условий и анализ военной ситуации на 26 июня

Братцы, я редко отвлекаюсь на то, что пишут в западных газетах. Но то, что я увидел в последние дни, заслуживает отдельного разговора. В высоких европейских и киевских кабинетах наконец перестали нервно жевать галстуки и облегченно выдохнули. Им показалось, что их военно-психологическая операция против России принесла плоды.

Удары по нашим НПЗ, попытки блокады Крыма, сорванный отпуск сотен тысяч россиян, «топливная лихорадка», ультиматум G7 — они думали, что это надавит на психику Путина. Они решили, что он не железный, что он сломается. И когда он заявил о готовности к мирным переговорам, западная пресса взвыла от радости. Заголовки запестрели: «Путин сигнализирует об открытости к переговорам!», «Россия согласна на мир!», «Кремль идет на переговоры под давлением!»

Но, братцы, мы-то с вами знаем, как читать между строк. Мы знаем, что русский язык сложен. Что в русских сказках и былинах самое интересное начинается ровно после того, как мед и пиво не попали в рот. А сказал Путин на пике западных эмоций одну простую фразу. И эту фразу нужно расшифровать.

Он сказал: «Россия готова к мирным переговорам с Украиной с учетом договоренностей, достигнутых в Стамбуле весной 2022 года, модальностей, обсуждавшихся в Анкоридже, а также текущих реалий на земле».

Так давайте же расшифруем, на какой такой «договорнячок» теперь согласна Россия. И почему Запад, если он действительно хочет мира, должен был испугаться этих слов, а не обрадоваться.

Стамбул: То, от чего они сами отказались

Начнем со Стамбула. В апреле 2022 года на переговорах в Стамбуле финальные положения потенциального мирного соглашения включали следующие моменты:

— постоянный нейтралитет, внеблоковый и безъядерный статус Украины; невступление в любые военные союзы, включая НАТО;

— отсутствие иностранных военных объектов и самих военных на территории страны;

— четкое и жесткое ограничение численности и вооружений армии Украины;

— восстановление официального статуса русского языка, защита прав национальных меньшинств;

— запрет пропаганды нацизма.

И это, заметьте, были условия, которые их делегация парафировала. Они согласились. А потом по указке спонсоров слились. Но документ остался. И Путин говорит: «Мы готовы вернуться к этому документу». То есть к тому, от чего они сами отказались. Это не уступка — это приглашение вернуться за стол переговоров на их же собственных условиях, которые они сами подписали.

Анкоридж: Там, где стало еще жестче

Теперь об Анкориджских модальностях. Там тоже нейтральный и внеблоковый статус Украины по конституции; гарантии невступления в НАТО; то же самое про иностранные базы; демилитаризация; защита прав русскоязычного населения.

Но добавилось кое-что новое. Там появился пункт о выводе ВСУ с удерживаемых территорий. О полном контроле России над Донбассом. О признании Крыма и новых территорий субъектами РФ. И о снятии санкций.

И отдельно, специально и для самых талантливых, было подчеркнуто: «без решения территориального вопроса по этой формуле долгосрочного мира быть не может».

Понимаете, что это значит? Это не «мы согласны на мир». Это «мы согласны на мир, но на наших условиях, которые включают признание всех наших территориальных приобретений».

Реалии на земле: Где наши войска уже все решили

Ну и, конечно, «текущие реалии на земле». С этим, как говорит Путин, чуток сложнее, потому что реалии эти чрезвычайно непослушны и никак не хотят останавливаться.

Путин пояснил: «Удары ВСУ по России не в состоянии повлиять на ситуацию на фронте, где ВС России освобождают один населенный пункт за другим».

В Кремле подтвердили: «Российские военные продвигаются по всему фронту и скоро ситуация для Киева на фронте станет необратимой».

О чем это говорит? О том, что пока Запад радуется «победе» в информационной войне, наши войска берут город за городом. Константиновка пала. Красный Лиман зачищается. Мы подходим к Сумам. Славянско-Краматорская агломерация — последняя надежда ВСУ — находится в огневом мешке.

Итальянский ресурс L'AntiDiplomatico написал: «Битва за Донбасс вступает в решающую фазу, а освобождение Славянска и Краматорска может открыть одну из самых решающих глав всего конфликта — с последствиями, влияющими на весь военный баланс на востоке Украины».

Путин же недавно сказал, если вы слушали: «Обстановка на поле боя складывается таким образом, что это дает нам право говорить о том, что ситуация близится к завершению».

И это, братцы, не шутка. Это констатация факта.

Что на самом деле произошло

Так что же произошло на самом деле? Запад решил, что их психологическая операция сработала. Они подумали, что мы сломались. Но на самом деле Путин просто еще раз обозначил красные линии. Он сказал: «Мы готовы к переговорам. Но только на тех условиях, которые вы сами подписали в Стамбуле. И только с учетом того, что наши войска уже взяли на земле. Если вы не согласны — мы продолжим наступать».

Это не слабость. Это стратегия. Это когда ты предлагаешь врагу сдаться на почетных условиях до того, как ты его окончательно добил. И если он не соглашается — ты его добиваешь.

И, кстати, о «текущих реалиях». В Краматорске уже началась массовая эвакуация. Из той самой «неприступной крепости» бегут. Потому что они понимают: когда мы возьмем агломерацию, перед нами откроется дорога до Днепра. И там нет никаких укреплений. Дальше — только степь и наши танки.

Экономика победы: Почему ЦБ не раздает деньги

Теперь, братцы, я хочу затронуть тему, которая многих волнует. В последнее время я вижу много критики в адрес Центрального банка. Люди говорят: «Набиуллина — агент Запада», «ЦБ саботирует экономику», «Почему они не печатают деньги и не дают их промышленности?».

Я понимаю, откуда эти обвинения. Инфляция давит, кредиты дорогие, жить тяжело. Но давайте разберемся, как это работает на самом деле. Хотя я не экономист, я вижу логику государства.

Представьте, что мы вдруг наводнили экономику деньгами, как того требуют критики. Что произойдет? Эти деньги окажутся на потребительском рынке. Хлеб, крупы, овощи, молоко подорожают кратно. Потому что производство не может вырасти мгновенно. И многие наши граждане просто не доживут до «чудесного роста», о котором говорят экономисты-критиканы.

Государство вынуждено лавировать между падением производства и ростом инфляции. Оно поддерживает экономику, но очень осторожно. Льготная ипотека, пособия, поддержка отраслей — все это есть. Но делается с умом, чтобы не взорвать цены.

И, что самое важное, критики забывают про второй, важнейший фактор. Про людей. Государство не может допустить, чтобы народ обнищал. Поэтому ЦБ держит высокую ставку, чтобы сдержать инфляцию. Как сказал Путин: «Вы сами жаловались на цены в магазинах. Вот цель такая, чтобы не только в магазинах, но и среди участников экономической деятельности цены припали, чтобы они не росли. Нам нужно обеспечить мягкую спокойную посадку экономики, чтобы затормозить рост цен».

И вот что я хочу сказать. Обвинители ЦБ и правительства пытаются вбить клинья между президентом, правительством и ЦБ. Представляют их как лебедя, рака и щуку. Но они забывают о вертикали власти. Председатель правительства, министр финансов, президент — все говорят одно и то же: мы работаем в координации с ЦБ.

Мишустин: «Правительство РФ работает в координации с Банком России в части макроэкономической политики… соответствующие задачи решаются, чтобы обеспечить сбалансированный рост с низкой безработицей и умеренной инфляцией».

Силуанов: «Кабмин находится с ЦБ в полном взаимодействии при формировании как бюджета, так и основных направлений ДКП».

Поэтому, когда вы слышите, что ЦБ «действует против интересов России», знайте: это попытка посеять рознь. Это попытка заставить нас сомневаться в нашем руководстве. Но мы не дадим им этого сделать.

Ранее появилась информация, что НАЧАЛОСЬ! 40 ДНЕЙ ДО КРАХА ВСУ! Константиновка решит всё — подробности. Подробнее об этом читайте в материале polit-news

Друзья, привет! Мы запустили официальный новостной канал в MAX, чтобы вы всегда были в курсе событий.